Отрывок из книги «Как стать испанским рыбаком»

В Тунис мы пошли вчетвером: друг хозяина с девушкой, моя девятилетняя дочь, приехавшая из Питера на каникулы, и я. Переход не казался сложным - сто миль до итальянского острова Лампедуза и столько же до побережья Африки. Вышли под вечер, чтобы на следующий день прийти на Лампедузу, дабы не тыкаться впотьмах у незнакомого берега в поисках стоянки. Дочь впервые шла в столь длинный переход и, в принципе, о море ещё ничего не знала.

Стемнело. Огни Мальты скрылись за горизонтом, ветра почти не было, но откуда-то появилась небольшая волна. С каждым часом лодку всё заметней раскачивало. Зная старинное морское правило «Не бойся волны — бойся ветра», я не придал этому значения, но на всякий случай укрепил всё, что может сорвать, и подготовил штормовой парус. Всё-таки волну что-то должно было разогнать, сама по себе она появиться не может. Часам к двум ночи волнение уже превысило пять баллов и имело направление строго по курсу, проще говоря - «в морду». Лодка с трудом взбиралась на трёхметровую волну, резко переваливалась на гребне и, как на скейтборде, стремительно скатывалась вниз. Ночь была ясная, звёздная, и, к счастью, взошла полная луна, прекрасно осветив неспокойное море. Тут ударил шквал. Сила ветра росла от двадцати до сорока узлов, и мы влетели в восьмибалльный шторм. Обычные сухопутные люди, смотря прогноз погоды, часто удивляются, когда сообщают: «Высота волны - 6 метров», но не подозревают, что волна измеряется не от подножья, а как бы с нулевой отметки, то есть от уровня спокойного моря. А когда лодка скатывается к подножью волны «в яму», перед тобой оказывается стена высотой в двенадцать метров — это четырёхэтажный дом. Из парусов на яхте был установлен только «носовой платок» - маленький штормовой парус, нужный при встречном ветре больше для балансировки, нежели дающий какой-то ход. Вся надежда была на двигатель.

Мои пассажиры укачались давно, даже я к этому времени пару раз «покормил рыб». Друг хозяина, человек не чуждый морю, мужественно стоял со мной в кокпите, мокрый от брызг, с распухшим от солёной воды лицом. На случай аврала или аварии, должен был броситься помогать. Его девушка от ужаса зарылась под одеяло в каюте и тихо скулила. Дочь сидела в салоне и обессиленная пыталась бороться с тошнотой. Впервые попав в шторм, ребёнок не понимал, что может случиться что-то страшное, для неё страшней - запачкать диван рвотой, это же стыдно. Автоматика в таких условиях почти не работает, нужно управлять руками, руль на яхте большой, колесо - полтора метра в диаметре, и отпустить его нельзя ни на секунду. Волна бьёт по перу руля, ветер жмёт на рангоут, рулевой постоянно крутит руль и, взлетая на гребень волны, имея две-три секунды, пока лодка не скатится в пропасть, должен рассмотреть, что там впереди.

— Катя, не держи, возьми пакет и выбрось всё из себя, сразу станет легче! — крикнул я дочери, увидев в проёме люка сильно побледневшее лицо. — И сделай это два-три раза! К счастью, дочери, лет до 11, ещё признают авторитет отца и быстро подчиняются. Через десять минут щёки у неё заметно порозовели.

В борьбе со стихией прошло ещё два часа, пассажиры были вымотаны качкой, но встречный ветер и волна сильно тормозили ход, впереди была ещё половина пути. Есть одно лекарство, но это отнюдь не «Драмин», таблетки от укачивания — это обычное снотворное, вызывающее вялость и сон, во сне вестибулярный аппарат успокаивается и меньше реагирует. Не более. Проверенное лекарство — алкоголь. Нет, не напиться, в совсем небольших количествах алкоголь снимает болезненную психомоторику, успокаивает, на некоторое время исчезают рвотные позывы, и организм отдыхает, через час — полтора можно ещё добавить.

— Спускайся на камбуз, возьми в холодильнике три банки пива, одну, хоть силой, заставь выпить свою рыдающую подругу, другая - тебе, а третью дай моей дочери! - заглушая рёв ветра и снастей, прокричал я напарнику.

— Моя пива не пьёт, худеет, - начал бормотать он, - а не рано твоей девочке бухать?

— Твоя уже похудела килограмма на три, заставь, иначе в обморок свалится, скажи, что приказ капитана. А с дочерью я сам разберусь.

Через минуту в люк высунулось неимоверно удивлённое лицо Кати.

— Папа, ты в своём уме, это же пиво, мне нельзя, я ребёнок…

— Выпей треть банки, не больше, остальное отдай мне. Сейчас разрешаю, станет намного легче.

Лекарство сработало. Подруга перестала скулить и заснула. Дочь, получив первый в жизни допинг, даже попыталась вылезти наружу и посмотреть на вакханалию волн, но, получив доброе ведро воды в лицо, вернулась на сухой и мягкий диван.

Тут, по закону жанра, и подкралась серьёзная проблема.

Взлетев в очередной раз на гребень волны, я увидел судно, идущее пересекающимся курсом. Я шёл носом к волне и ветру, и изменить курс значило подставить борт, а это уже было смертельно опасно. Рассчитав угловые скорости, принял решение немного убавить обороты и дать кораблю спокойно пройти. По моим расчётам, я спокойно пройду по корме, когда он уже удалится на целый километр. Так и сделал: снизил скорость и, согласно правилам, вызвал по рации вахтенного штурмана, чтобы предупредить о варианте расхождения судов. Эфир на 16 канале (все корабли общаются в море именно на этом канале) не был пуст. В радиусе трёхсот миль находилось много проходящих судов, их мощные радиостанции добивали и из африканских портов, и даже из Сицилии. На мой запрос встречное судно ответило длинным эмоциональным текстом на итальянском языке. Даже можно было себе представить, как капитан жестикулирует, крича в микрофон. Я не понял ни слова. Снова и снова по-английски информировал:

— СУДНО, ИДУЩЕЕ КУРСОМ НА СЕВЕРО-ЗАПАД В ТРИДЦАТИ МИЛЯХ К ВОСТОКУ ОТ ОСТРОВА ЛИНОЗА, ЭТО ПАРУСНАЯ ЯХТА «ПОМОР», НЕ МЕНЯЙТЕ СКОРОСТЬ И КУРС, Я ПРОХОЖУ ПО КОРМЕ. КАК ПОНЯЛИ? ПРИЁМ.

В ответ неслись нескончаемые рулады итальянских слов. Положение осложнялось тем, что видеть ситуацию я мог только на вершине волны, как и говорил - несколько секунд, основное время или катился вниз, или взбирался наверх, без какого-либо обзора. Мы быстро сближались. В очередной раз забравшись на волну, я увидел, что капитан, или кто там был на вахте, сделал всё совершенно наоборот, судно сбросило ход, и теперь я целился ему точно в борт. Итальянские вопли смешались с моими английскими, никто никого не понимал. Я снизил ход до возможного максимума, ситуация становилась опасной, в любую секунду яхту могло развернуть бортом к волне.

Судно тоже снизило ход. Оно не собиралось меня пропускать, а как бы создавало аварийную ситуацию, в которой утону только я… и мой ребёнок.

— ГОУ! ГОУ! ФОРВАРД! РЕКТО! СПИД! РАПИДО! ДОЛБАНЫЙ МАКАРОННИК! — заорал я в микрофон, прибавив с десяток русских эмоциональных выражений. В ответ, на мой взгляд, лились ровно те же самые выражения, но непонятные мне.

— ПАРУСНАЯ ЯХТА У ОСТРОВА ЛИНОЗА, ОТВЕТЬТЕ ТАНКЕРУ «КОЛЫМА»! - вдруг произнесло радио на чистом русском языке. Голос был сонный, ленивый и совершенно не вписывался в эмоциональный накал.

— ТАНКЕР «КОЛЫМА», ЭТО ЯХТА «ПОМОР», СЕЙЧАС НЕМНОГО НЕ ДО ВАС, ВОЗМОЖНО СТОЛКНОВЕНИЕ С ОДНИМ ИТАЛЬЯНСКИМ МУДАКОМ.

— ДА Я И СЛЫШУ, КАК ВЫ ОРЁТЕ, А ТЫ УЖЕ И МАТОМ НАЧАЛ. ЯВНО НЕ ЗНАЕТ МАКАРОННИК АНГЛИЙСКОГО, А ТЫ - ИТАЛЬЯНСКОГО. ШТОРМИТ ТАМ У ВАС, ЧТО ЛИ?

— БАЛЛОВ ВОСЕМЬ. ПОКА ПАДАЮ МЕЖДУ ВОЛН, НЕ ВИЖУ НИ ХРЕНА, А ЭТОТ СНИЖАЕТ ХОД И НЕ ДАЁТ ПРОЙТИ ПО КОРМЕ.

— ДАЛЕКО ДО НЕГО?

- С МИЛЮ ОСТАЛОСЬ.

— ПОВИСИ НА СВЯЗИ, СЕЙЧАС ПОЗОВУ БОЦМАНА, ОН ЗНАЕТ ИТАЛЬЯНСКИЙ, ВЫЯСНИМ, В ЧЁМ ДЕЛО.

Несколько минут продолжались переговоры боцмана с моим встречным кораблём. Я, как мог, сдерживал лодку от разворота, на малом ходу яхта почти не управляема.

— «КОЛЫМА» ВЫЗЫВАЕТ «ПОМОР».

— НА СВЯЗИ. ЧТО-НИБУДЬ УДАЛОСЬ ВЫЯСНИТЬ?

ЭТО ВСПОМОГАТЕЛЬНОЕ РЫБАЦКОЕ СУДНО, ОБСЛУЖИВАЕТ ТУНЦЕЛОВОВ. ОНИ ПЫТАЛИСЬ СКАЗАТЬ ТЕБЕ, ЧТО ЗА КОРМОЙ ТАЩАТ ДВУХКИЛОМЕТРОВЫЙ ТРОС В РУКУ ТОЛЩИНОЙ, ПОЭТОМУ И СБАВЛЯЛИ ХОД, ЧТОБЫ НЕ ДАТЬ ТЕБЕ НАЛЕТЕТЬ НА НЕГО, ТВОЙ КИЛЬ СРЕЖЕТ, КАК НОЖОМ, И ТЕБЕ КАРАЧУН БЫЛ БЫ. В ОБЩЕМ, ВРУБАЙ ПОЛНЫЙ И ОБХОДИ ИХ ПО НОСУ, ОНИ БУДУТ ЖДАТЬ, КОГДА ТЫ ПРОЙДЁШЬ. Я БОЦМАНА ПОДЕРЖУ В РУБКЕ, ПОКА РАЗОЙДЁТЕСЬ, НА ВСЯКИЙ СЛУЧАЙ, ВДРУГ ПОНАДОБИТСЯ.

— СПАСИБО, «КОЛЫМА». НЕ ЗНАЮ, ЧТОБЫ ДЕЛАЛ БЕЗ ВАШЕЙ ПОМОЩИ. ВЫ ГДЕ-ТО НЕДАЛЕКО?

— В ТРИПОЛИ, ПОД ПОГРУЗКОЙ СТОИМ. А ТЫ, ШКИПЕР, ПРИВЫКАЙ, ЭТИ РЫБАКИ-КОЛХОЗНИКИ, КРОМЕ СВОЕГО БАСУРМАНСКОГО ЯЗЫКА, НИКАКОГО НЕ ЗНАЮТ.

— ЕЩЁ РАЗ СПАСИБО. УДАЧНОГО ПЛАВАНИЯ!

Часа через три начало светать, и хоть ветер и волны не уменьшились, при свете как-то стало веселей и не так страшно. На горизонте появился маленький остров, скорей кусок камня с небольшим посёлком Линоза. Было принято решение спрятаться с подветренной стороны, встать на якорь и переждать стихию. Хотя больше нужен был физический и моральный отдых. Мне просто необходим был стакан виски и минимум три часа сна.

Из люка показалась голова дочери.

— Папа, меня опять укачало!

— Уже скоро приедем, час остался, спрячемся - качка прекратится.

— Ну укачало-то сейчас.

— Ну потерпи немного…

— А можно ещё пива?

КНИГА «КАК СТАТЬ ИСПАНСКИМ РЫБАКОМ» СКАЧАТЬ

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

This site uses cookies to enhance your experience. By continuing to the site you accept their use. More info in our cookies policy.     ACCEPT